Добавлю по Кульганеку.
Еще до Мировой войны его пиротехническая фабрика в Москве (Мясницкая, Кривоколенный пер., д. 1) предлагала фейерверки, бенгальские огни, магниевые свечи и т. п. товар.
В войну газета "Русский инвалид" печатала объявления такого содержания:
СИГНАЛЬНЫЕ и осветительные РАКЕТЫ
для войск предлагает магазин пиротехнической фабрики
Германа КУЛЬГАНЕК.
Москва, Мясницкая ул., уг. Кривоколенного переулка, д. № 16, ход из переулка. Тел. 82—72.
Пока не ясно, как выполнялся военный заказ на пол миллиона сигнальных патронов 4-го калибра. Могла ли фабрика Кульганека самостоятельно изготавливать патронные гильзы и затем снаряжать их; или же ей поставлялись готовые гильзы, а на фабрике только шло их снаряжение.
После революции фабрика перешла под управление рабочих и продолжила свою деятельность.
Правда, №45. 24 февраля 1924.
«ДРУГ» РАБОЧИХ.
Московский губернский суд. 22 февраля. Состав: председательствующий - т. Зильберман, народные заседатели - т.т. Нинашев и Сафронов.
В период национализации фабрик и заводов владелец пиротехнической фабрики, находищейся при ст. «Покровско-Стрешнево», гр. Г. В. Кульганек передал свою фабрику рабочим, о чем 14 ноября 1919 года и был составлен нотариальный акт. Рабочие в числе 15 человек взяли управление фабрикой в свои руки на артельных началах и сильно развили её деятельность. Кульганек остался при ф-ке и качестве специалиста-химика и, кроме того, был избран рабочими казначеем. Таким образом оборотистый фабрикант заработал себе в трудное время спокойное место на своей бывшей фабрике.
С переменой экономической политики Кульганек сообразил, что недурно бы было снова заделаться хозяином фабрики. Начал он с того, что об'явил рабочим расчет, будучи убежден в том, что рабочие подчинятся этому решению, так как денежные средства в находятся у него в руках, как у казначея. Рабочие, однако, не испугались этого наглого наскока: сейчас же созвали общее собрание, избрали другого казначея и когда Кульганек уперся и не хотел вернуть новому казначею ключей от кассы, рабочие истребовали эти ключи судом, а Кульганеку отказали от службы.
Однако, Кульганек не унялся. 30 декабря 1921 года он подал исковое прошение в народный суд 6-го участка, Московского уезда, в котором он, указывая на то, что пиротехническая фабрика принадлежит ему на правах частной собственности еще с 1904 года и что его рабочие незаконно, якобы, устранили его от владения фабрикой, просил о признании за нии права собственности на названную фабрику. 17 января 1922 года народный суд определил: впредь до получения точных доказательств от подлежащих государственных учреждений о том, что фабрика национализирована или предоставлена в собственность гр. Кульганеку, оставить ее в в управлении рабочих, выдавая Кульганеку 10 проц. с валового дохода фабрики вознаграждения, как специалисту-пиротехнику.
Кульганек обжаловал это определение в совет народных судей, который 14 февраля 1922 г. оставил определение нарсуда в силе.
2-го марта 1922 г. Кульганек снова обратился в народный суд особой сессии при совете народных судей с исковым прошением, в котором он просил признать, что фабрика не национализирована и что она принадлежит ему. 10 августа 1922 года суд особой сессии прекратил это дело, но это определение было советом народных судей отменено, и таким образом дело вновь попало в гражданское отделение губсуда. На этот раз Кульганек, кроме прежних своих доводов, сообщает, что члены артели, якобы, представляют суду фиктивные книги, что они не платят в страховую кассу, что они не ремонтируют фабрику и т. д., не скупясь на черные краски, чтобы всячески очернить рабочих и оттяпать от них фабрику.
Суд определил: в иске гр. Кульганеку к артели рабочих пиротехнической фабрики при станции «Покровско-Стрешнево» отказать и взыскать с истца в пользу рабочих 200 зол. руб. за ведение дела.
Показано рекламное объявление в газете «Известия». 1923 год.
